Президент Кристина Фернандез де Киршнер заявила об этом, выступая перед депутатами парламента, министрами и ветеранами войны за острова 1982 года.

«Мы подадим жалобу в Совбез ООН и поднимем вопрос на Генеральной Ассамблее, так как эта милитаризация несет серьезную угрозу международной безопасности», – сказала она.

Статус островов, которые аргентинцы называют Мальвинскими, по-прежнему очень болезненная и крайне важная тема для Буэнос-Айреса. Во время выступления президента перед зданием правительства собралась толпа, скандировавшая «Мальвинас!» и размахивавшая аргентинскими флагами.

Британия контролирует острова с 1833 года.

Напряженность в отношениях между двумя странами значительно усилилась в последние недели. В декабре страны южноамериканского торгового блока закрыли свои порты для кораблей, ходящих под флагом Фолклендских островов.

В прошлом месяце Великобритания объявила о намерении отправить к Фолклендским островам новейший эсминец «Dauntless» («Бесстрашный»). На острова был отправлен внук королевы Елизаветы II принц Уильям. Он служит пилотом поисково-спасательного вертолета. На прошлой неделе появление принца Уильяма на Фолклендах спровоцировало волну протестов в Аргентине.

Президент Аргентины заявила, что ее страна видит в происходящем угрозу безопасности. «Мы не можем иначе интерпретировать размещение ультрасовременного эсминца и командировку наследника престола, которого мы предпочли бы видеть в гражданском наряде», – сказала Киршнер.

Она также обратилась к британскому премьер-министру Дэвиду Кэмерону с просьбой «дать миру шанс». Министерство иностранных дел Британии ранее выступило с заявлением, в котором отметило, что

жители Фолклендов являются британцами по их собственному выбору.

«Они свободны сами выбирать свое будущее. Переговоров с Аргентиной о суверенитете островов не будет, если сами жители Фолклендов этого не захотят», – заявил британский МИД.

Корреспондент «Би-би-си» Фергал Кейни отмечает, что инициатива президента Киршнер «соответствует политике аргентинских властей последних лет, которая была направлена на то, чтобы вывести двусторонний спор с Лондоном в плоскость более широких международных отношений».